![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
lenchik_vВыставка «Бал», Музей дизайна, Холон, 18-11-2021
С учетом, что пишу я о выставке, которая состоялась уже почти пять месяцев назад и уже закрылась, пост этот совсем не актуален. Но я решила сохранить сделанные на выставке красивые фотки для себя и написать немного об этом замечательном музее.
Музей дизайна в городе Холон я открыла для себя именно этой выставкой «Бал», где были выставлены красивые платья израильских дизайнеров, выполненные из разных материалов.
В музее нет постоянной экспозиции. В нем проводятся только выставки, которые меняются каждые полгода. Здание музея тоже оригинально.
Начинается выставка с белого зала,
где представлены работы Мони Медника, рассказывающие эволюцию, в основном, женского платья последних трех – четырех веков
и всякие ухищрения для воплощения в жизнь новых веяний моды.
Не забыты совершенно сногсшибательные аксессуары
и вписывание в интерьер. Очень интересно рассматривать все мельчайшие украшения.
Яркое пятно в переходном зале - ансамбли Шахара Авнета из коллекции «Insanity Anxiety» (безумие тревога) 2018.
Шахар Авнет - независимый израильский дизайнер, среди клиентов которой, Кристина Агилера и Нетта Барзилай. Коллекция «Insanity Anxiety», в которой используются тюль, атлас и ручная вышивка, посвящена страху сумасшествия. Авнет объединила многочисленные внутренние голоса, которые она идентифицирует внутри себя, в виде объемных, красочных тюлевых платьев, Эти ансамбли были вдохновлены портретом Франца Винтерхальтера 1855 года, изображающим императрицу Евгению, жену французского императора Наполеона III, в окружении своих фрейлин.
Платья на женщинах на широких кринолинах в клетке, декольте, открывающее плечи, и бесконечные слои тюля - последняя мода французского двора того времени. Первоначально тюль создавался в кропотливом ручном процессе, напоминающем создание кружева. В 1809 году механизация производственного процесса позволила наладить его массовое производство. До сих пор тюль продолжает оставаться популярной и неотъемлемой частью мира вечерних платьев и свадебных платьев.
Самый большой зал выставки это израильская «от кутюр».
В центре на крутящемся подмосте пара в бальном наряде, отождествляющая название всей выставки.
В настоящее время в Израиле работают сотни дизайнеров вечерней
и свадебной одежды,
получивших международный успех, а не менее четверти дизайнеров, участвующих в Неделе свадебной моды в Нью-Йорке, являются израильтянами
Платье «Виктория» от Ли Гребенау «Lee Grebenau Victoria, 2021 г.. Дизайн этого платья из тюля, кружева и шелковой органзы был вдохновлен королевой Викторией и викторианским периодом, который характеризовался ускоренным экономическим, промышленным и культурным развитием. В то же время эта эпоха отстаивала воссоединение с природой и использование природных элементов, таких как жемчуг, символ романтической любви. Использование искусственного жемчуга призвано превратить само платье в драгоценность.
Платье «Элис» от Ханы Марелус, 2015 г. Внешний вид был вдохновлен минеральными камнями и имитирует рыбью чешую. Платье изготовлено из тюля с пайетками, к которому прикреплены тысячи страз.
Из описания выставки.
«Впечатляющий размах израильской индустрии вечерней одежды отражает местную чувствительность, сосредоточенную на любви,
а также глубокую и мощную потребность в праздниках и вечеринках, что включает в себя значительные экономические инвестиции в разовое мероприятие.
Особое географическое положение Израиля на Ближнем Востоке включило в его высокую моду, местный колорит и традиции, как, например, платья от Таль Медины из серии «Моя еврейская свадьба», 2019.
Платья созданы в рамках дипломного проекта кафедрой дизайна одежды колледжа Шенкар. Проект, посвященный изолированным ультраортодоксальным сообществам, исследующий напряженность между культурой, верой и конформизмом и независимой мыслью, свободой и индивидуальностью. Коллекция сочетает в себе тафту, шелк и шерстяные ткани, соответствующие ультраортодоксальному дресс-коду, а также перья и синтетические меха, напоминающие о животном мире.
Из другой серии и о другом сообществе черно-белая коллекция традиции и современность.
Кроме местных особенностей, Израиль почти всегда находился под влиянием Запада и традиций европейской высокой моды. Эти влияния по-новому интерпретируются в платьях, сшитых для современных местных балов, таких как школьные выпускные вечера,
торжества и свадьбы.
Некоторые бальные платья на выставке намеренно игнорируют функциональные и коммерческие соображения, позиционируя себя на грани между модой и искусством.
Платье Шая Шалома и Моти Райфа, состоит из 15000 израильских монет «копеечного достоинства», называемых «агора». Платье было разработано в 1998 году для модного мероприятия в честь 50-ти летия образования Израиля. Большая коллекция устаревших израильских монет была собрана отцом Шалома и долгие годы хранилась в семейном доме. Каждая монета была перфорирована вручную и вышита на платье. Это платье сочетает в себе семейное «сокровище» и ностальгическую эмблему израильской культуры в вечной моде».
Работа дизайнера и старшего преподавателя колледжа Шенкар Идит Барак «23:59» - это связь между модой и технологиями, устремленная в будущее, но позволяющая вновь встретиться с прошлым.
«Идит Барак исследует отношения между модой и технологиями. Для реализации сказочного платья Золушки из сказки Шарль Пьеро было использовано 10.000 метров оптоволокна. Огненная оптика создает тысячи световых пятнышек, мерцающих в темноте, образуя силуэт роскошного бального платья. Эфемерное существование платья является метафорой доли секунды, в которой все кажется возможным. Барак пытается заморозить мимолетный момент прямо перед тем, как все растворится, продлевая оптимизм и наивность волшебства до того, как часы пробьют полночь».
Сказка о Золушке продолжается на выставке в туфельке Золушки, которая в западной культуре изображалась как стеклянная пара на высоком каблуке. Однако в других культурах и сказках, написанных на протяжении всей истории, одни и те же тапочки представлены в широком диапазоне сложных форм и сделаны из множества дорогих материалов, таких как золото, мех, бархат, бриллианты и жемчуг. Экспозиция реконструирует различные культурные воплощения туфельки Золушки, включая ее женские и мужские версии, с использованием моделей, напечатанных на 3D-принтере (трехмерном принтере) дизайнером Асафом Ривом. Создание каждой обуви включало в себя 3D-скульптуру обуви, 12-часовой процесс печати, ополаскивание отпечатанной обуви спиртом и вручная полировка, для придания ей вида стекла.
С момента появления в Европе туфли на высоких каблуках прибавляли своему владельцу роста, но при этом затрудняли ходьбу и ограничивали движения. Высота обуви, изысканность и роскошные материалы олицетворяли экономическую мощь ее владельцев. Король Франции Людовик XIV даже принял закон о роскоши, согласно которому только аристократам разрешалось носить туфли на высоких каблуках.
В 17 веке склонность к орнаментам брала верх над всеми соображениями комфорта, и обувь украшалась бантами, вышивкой и драгоценными камнями. На некоторых экземплярах были большие пряжки с бриллиантами, которые в различных личных дневниках того времени описывались как ведущие к травмам ног. Мужчины перестали носить туфли на высоком каблуке в середине 18 века, и с тех пор они отождествлялись в первую очередь с женской модой
В конце 18-го и начале 19-го века высокие каблуки были заменены плоскими изящными тапочками, которые также носили на элегантных вечерних мероприятиях. Вдохновленный классическими идеалами, их дизайн символизировал переход от украшений к простоте. Неслучайно, на первый взгляд, эти туфли напоминают балетки. В начале 19 века балерины носили эту модную обувь в ставших популярными в то время романтических балетах. Поскольку в этих тапочках было очень удобно танцевать, они продолжали использоваться на сцене, даже когда высокие каблуки снова вошли в моду. Удивительно, но в дизайне этого периода не учитывалось анатомическое строение стопы: обе туфли были созданы одинаково, без различия между левой и правой.
Для современных Золушек одной туфельки не достаточно.
Десерты обычно подают в конце бала, но, тем не менее, это самая важная его часть. Поэтому заключительный зал выставки посвящен десертам и назван «Комната взбитых сливок и безумный Шляпник».
На протяжении всей истории различных культур и религий десерты рассматривались как неотъемлемая часть их религиозных ритуалов и образа жизни. В древней Месопотамии десерты подавались богам, и верующие индуисты считали их предпочтительным подношением. В 19 веке французский кондитер Мари-Антуан Карем даже объявил кондитерское дело частью архитектуры.
Когда речь заходит о легендарных вечеринках с десертами, незабываемым остается знаменитое чаепитие в «Алисе в стране чудес», как его представлял Уолт Дисней, а затем Тим Бертон в своих киноверсиях. А безумный Шляпник, ведущий вечеринки, предлагает яркое свидетельство важного места изготовления шляп в истории моды. Шляпное дело еще процветало, когда книга была опубликована в XIX веке. Экспозиция объединяет работы дизайнера Маора Забара и кондитера Алона Шабо. Торты и макароны выполнены из сахарного теста, специально разработанном для выставки, пенопласта и пищевых красителей.
А многочисленные пирожные – шляпки из шляпного войлока, пластика, дерева и украшены кристаллами Сваровски. Некоторые элементы шляпок напечатаны акриловыми материалами на 3D принтере.
Выставка небольшая. За полтора часа мы обошли ее дважды рассматривая всякие мелкие детали и нюансы. Теперь я внесла этот музей в свои приоритеты и буду следить за их экспозициями и обязательно ходить сюда на интересные мне выставки после каждой смены декораций.
С учетом, что пишу я о выставке, которая состоялась уже почти пять месяцев назад и уже закрылась, пост этот совсем не актуален. Но я решила сохранить сделанные на выставке красивые фотки для себя и написать немного об этом замечательном музее.
Музей дизайна в городе Холон я открыла для себя именно этой выставкой «Бал», где были выставлены красивые платья израильских дизайнеров, выполненные из разных материалов.
В музее нет постоянной экспозиции. В нем проводятся только выставки, которые меняются каждые полгода. Здание музея тоже оригинально.
Начинается выставка с белого зала,
где представлены работы Мони Медника, рассказывающие эволюцию, в основном, женского платья последних трех – четырех веков
и всякие ухищрения для воплощения в жизнь новых веяний моды.
Не забыты совершенно сногсшибательные аксессуары
и вписывание в интерьер. Очень интересно рассматривать все мельчайшие украшения.
Яркое пятно в переходном зале - ансамбли Шахара Авнета из коллекции «Insanity Anxiety» (безумие тревога) 2018.
Шахар Авнет - независимый израильский дизайнер, среди клиентов которой, Кристина Агилера и Нетта Барзилай. Коллекция «Insanity Anxiety», в которой используются тюль, атлас и ручная вышивка, посвящена страху сумасшествия. Авнет объединила многочисленные внутренние голоса, которые она идентифицирует внутри себя, в виде объемных, красочных тюлевых платьев, Эти ансамбли были вдохновлены портретом Франца Винтерхальтера 1855 года, изображающим императрицу Евгению, жену французского императора Наполеона III, в окружении своих фрейлин.
Платья на женщинах на широких кринолинах в клетке, декольте, открывающее плечи, и бесконечные слои тюля - последняя мода французского двора того времени. Первоначально тюль создавался в кропотливом ручном процессе, напоминающем создание кружева. В 1809 году механизация производственного процесса позволила наладить его массовое производство. До сих пор тюль продолжает оставаться популярной и неотъемлемой частью мира вечерних платьев и свадебных платьев.
Самый большой зал выставки это израильская «от кутюр».
В центре на крутящемся подмосте пара в бальном наряде, отождествляющая название всей выставки.
В настоящее время в Израиле работают сотни дизайнеров вечерней
и свадебной одежды,
получивших международный успех, а не менее четверти дизайнеров, участвующих в Неделе свадебной моды в Нью-Йорке, являются израильтянами
Платье «Виктория» от Ли Гребенау «Lee Grebenau Victoria, 2021 г.. Дизайн этого платья из тюля, кружева и шелковой органзы был вдохновлен королевой Викторией и викторианским периодом, который характеризовался ускоренным экономическим, промышленным и культурным развитием. В то же время эта эпоха отстаивала воссоединение с природой и использование природных элементов, таких как жемчуг, символ романтической любви. Использование искусственного жемчуга призвано превратить само платье в драгоценность.
Платье «Элис» от Ханы Марелус, 2015 г. Внешний вид был вдохновлен минеральными камнями и имитирует рыбью чешую. Платье изготовлено из тюля с пайетками, к которому прикреплены тысячи страз.
Из описания выставки.
«Впечатляющий размах израильской индустрии вечерней одежды отражает местную чувствительность, сосредоточенную на любви,
а также глубокую и мощную потребность в праздниках и вечеринках, что включает в себя значительные экономические инвестиции в разовое мероприятие.
Особое географическое положение Израиля на Ближнем Востоке включило в его высокую моду, местный колорит и традиции, как, например, платья от Таль Медины из серии «Моя еврейская свадьба», 2019.
Платья созданы в рамках дипломного проекта кафедрой дизайна одежды колледжа Шенкар. Проект, посвященный изолированным ультраортодоксальным сообществам, исследующий напряженность между культурой, верой и конформизмом и независимой мыслью, свободой и индивидуальностью. Коллекция сочетает в себе тафту, шелк и шерстяные ткани, соответствующие ультраортодоксальному дресс-коду, а также перья и синтетические меха, напоминающие о животном мире.
Из другой серии и о другом сообществе черно-белая коллекция традиции и современность.
Кроме местных особенностей, Израиль почти всегда находился под влиянием Запада и традиций европейской высокой моды. Эти влияния по-новому интерпретируются в платьях, сшитых для современных местных балов, таких как школьные выпускные вечера,
торжества и свадьбы.
Некоторые бальные платья на выставке намеренно игнорируют функциональные и коммерческие соображения, позиционируя себя на грани между модой и искусством.
Платье Шая Шалома и Моти Райфа, состоит из 15000 израильских монет «копеечного достоинства», называемых «агора». Платье было разработано в 1998 году для модного мероприятия в честь 50-ти летия образования Израиля. Большая коллекция устаревших израильских монет была собрана отцом Шалома и долгие годы хранилась в семейном доме. Каждая монета была перфорирована вручную и вышита на платье. Это платье сочетает в себе семейное «сокровище» и ностальгическую эмблему израильской культуры в вечной моде».
Работа дизайнера и старшего преподавателя колледжа Шенкар Идит Барак «23:59» - это связь между модой и технологиями, устремленная в будущее, но позволяющая вновь встретиться с прошлым.
«Идит Барак исследует отношения между модой и технологиями. Для реализации сказочного платья Золушки из сказки Шарль Пьеро было использовано 10.000 метров оптоволокна. Огненная оптика создает тысячи световых пятнышек, мерцающих в темноте, образуя силуэт роскошного бального платья. Эфемерное существование платья является метафорой доли секунды, в которой все кажется возможным. Барак пытается заморозить мимолетный момент прямо перед тем, как все растворится, продлевая оптимизм и наивность волшебства до того, как часы пробьют полночь».
Сказка о Золушке продолжается на выставке в туфельке Золушки, которая в западной культуре изображалась как стеклянная пара на высоком каблуке. Однако в других культурах и сказках, написанных на протяжении всей истории, одни и те же тапочки представлены в широком диапазоне сложных форм и сделаны из множества дорогих материалов, таких как золото, мех, бархат, бриллианты и жемчуг. Экспозиция реконструирует различные культурные воплощения туфельки Золушки, включая ее женские и мужские версии, с использованием моделей, напечатанных на 3D-принтере (трехмерном принтере) дизайнером Асафом Ривом. Создание каждой обуви включало в себя 3D-скульптуру обуви, 12-часовой процесс печати, ополаскивание отпечатанной обуви спиртом и вручная полировка, для придания ей вида стекла.
С момента появления в Европе туфли на высоких каблуках прибавляли своему владельцу роста, но при этом затрудняли ходьбу и ограничивали движения. Высота обуви, изысканность и роскошные материалы олицетворяли экономическую мощь ее владельцев. Король Франции Людовик XIV даже принял закон о роскоши, согласно которому только аристократам разрешалось носить туфли на высоких каблуках.
В 17 веке склонность к орнаментам брала верх над всеми соображениями комфорта, и обувь украшалась бантами, вышивкой и драгоценными камнями. На некоторых экземплярах были большие пряжки с бриллиантами, которые в различных личных дневниках того времени описывались как ведущие к травмам ног. Мужчины перестали носить туфли на высоком каблуке в середине 18 века, и с тех пор они отождествлялись в первую очередь с женской модой
В конце 18-го и начале 19-го века высокие каблуки были заменены плоскими изящными тапочками, которые также носили на элегантных вечерних мероприятиях. Вдохновленный классическими идеалами, их дизайн символизировал переход от украшений к простоте. Неслучайно, на первый взгляд, эти туфли напоминают балетки. В начале 19 века балерины носили эту модную обувь в ставших популярными в то время романтических балетах. Поскольку в этих тапочках было очень удобно танцевать, они продолжали использоваться на сцене, даже когда высокие каблуки снова вошли в моду. Удивительно, но в дизайне этого периода не учитывалось анатомическое строение стопы: обе туфли были созданы одинаково, без различия между левой и правой.
Для современных Золушек одной туфельки не достаточно.
Десерты обычно подают в конце бала, но, тем не менее, это самая важная его часть. Поэтому заключительный зал выставки посвящен десертам и назван «Комната взбитых сливок и безумный Шляпник».
На протяжении всей истории различных культур и религий десерты рассматривались как неотъемлемая часть их религиозных ритуалов и образа жизни. В древней Месопотамии десерты подавались богам, и верующие индуисты считали их предпочтительным подношением. В 19 веке французский кондитер Мари-Антуан Карем даже объявил кондитерское дело частью архитектуры.
Когда речь заходит о легендарных вечеринках с десертами, незабываемым остается знаменитое чаепитие в «Алисе в стране чудес», как его представлял Уолт Дисней, а затем Тим Бертон в своих киноверсиях. А безумный Шляпник, ведущий вечеринки, предлагает яркое свидетельство важного места изготовления шляп в истории моды. Шляпное дело еще процветало, когда книга была опубликована в XIX веке. Экспозиция объединяет работы дизайнера Маора Забара и кондитера Алона Шабо. Торты и макароны выполнены из сахарного теста, специально разработанном для выставки, пенопласта и пищевых красителей.
А многочисленные пирожные – шляпки из шляпного войлока, пластика, дерева и украшены кристаллами Сваровски. Некоторые элементы шляпок напечатаны акриловыми материалами на 3D принтере.
Выставка небольшая. За полтора часа мы обошли ее дважды рассматривая всякие мелкие детали и нюансы. Теперь я внесла этот музей в свои приоритеты и буду следить за их экспозициями и обязательно ходить сюда на интересные мне выставки после каждой смены декораций.
